Даша проснулась на крыше, села и огляделась: бутылка вина и стаканчики исчезли, Артёма нигде не было видно, как и его рюкзака, а рассвет уже охватил всё небо. От вина ещё немного мутило, и она, не понимая, что случилось, взялась было за телефон, но задумалась.

Накануне вечером Даша пришла на крышу. Артём протянул девушке руку и помог пролезть с лестницы через люк. Они оба, как всегда, обрадовались возможности побыть вместе на пустой крыше, где обычно не ступала нога человека. Почти нелегалы, но всё же не преступники, они часто находили здесь свою долю острых ощущений. Шутили и подтрунивали, сидели и смотрели.

В тот вечер над чёрным битумным покрытием дрожал перегретый воздух, вентиляционные башенки стальным блеском отражали заходящее солнце, а сверху было такое небо, каким оно бывает лишь в июне — зефирно-розовое, цвета тонких и пушистых Дашиных волос. Безоблачное и свободное, оно вселяло лёгкость, свежесть, дарило новизну ощущений. Артёму было немного тревожно — он волновался, как бы Даша раньше времени не догадалась, а ей и вовсе было невдомёк.

Даша прошлась по крыше, посмотрела вниз, перегнувшись через парапет, а потом устроилась на их обычном месте, где уже лежал рюкзак друга. Артём задержался у края, вдыхая это небо и глядя, как два оранжевых следа от самолётов то вдруг тесно сходились, боясь коснуться друг друга, то мягко отстранялись, превращаясь в танцующую колею, которая вела куда-то вдаль и таяла на горизонте.

Наконец, он вернулся к Даше, она подвинула рюкзак, чтобы оба могли усесться, и в нём, стукнувшись о стальную башенку, гулко звякнула бутылка.

— Что у тебя там? — удивилась Даша.

Артём растерянно поднял рюкзак. Как он мог не предвидеть, что тайный план так быстро раскроется? Ведь сейчас станет очевидно, что он пригласил её сюда не как всегда, а хотел устроить «свидание». Сейчас она просто засмеёт его, думал он. Но пока ещё не окончательно стемнело, он не был готов признаваться ни в чём.

— Вино.

— Ух-ты, а где ты взял? Тебе продали?

Артём неуверенно кашлянул, думая, что ответить, и потянул время, доставая бутылку из рюкзака.

— Красное! — воскликнула Даша. — Я пробовала Каберне. А это какое? — она взяла бутылку и стала вертеть её в руках.

— Я, вообще-то, не разбираюсь, — слабо улыбнулся Артём. — Я попросил кое-кого заплатить и дал ему деньги.

— А ты раньше пил? — поинтересовалась Даша, изучая этикетку.

— Нет.

— Вообще никогда?

— Ну почти...

Даша подняла на него взгляд, и — неожиданно для Артёма, в нём не было иронии или насмешки. Она увидела его смущённую улыбку и как будто что-то решила.

— Ну, значит, выпьем, — весело сообщила она и протянула ему бутылку.

Артём разлил вино по бумажным стаканчикам. Даша взяла свой и, не дожидаясь тоста, выпила залпом. Потом вытянула ноги, откинула голову и стала смотреть в небо. Артём отпил и поморщился. Посмотрел на Дашу — она, казалось, увлеклась облаками и первыми звёздами — и, последовал её примеру, осушив свой стакан.

— Давай музыку слушать. Только в наушниках, чтоб не шуметь… — предложил Артём.

Даша включила что-то из аниме, и время потянулось то ли быстрее, то ли медленнее, потому что Артём не мог придумать, о чём говорить. Выпили ещё по стакану — также, в молчании. Над крышей стемнело, от вина в головах начало гудеть. Небо лилось на них сверху чёрной густотой, так что говорить, может, было и незачем.

Скоро Даша уже лежала на битуме, подвернув под голову капюшон своей оверсайз кофты и раскинув руки. Артём тоже лёг на битум и повернулся к Даше.

— О чём думаешь? — спросил он и тут же решил, что зря.

Даша смотрела в небо, и ей казалось, что на неё набегают волны чёрного океана, который был здесь всегда и будет здесь всегда после них. Ему не было дела до прошедших экзаменов, каких-то там отношений и уж тем более до того, что будет завтра. В его тёмных волнах могла бы скрыться любая тайна, и ему было бы всё равно. Звёзды на поверхности океана немного вращались.

— Я думаю… — начала она непослушным голосом и снова замолчала. Потом закрыла глаза, но в голове огоньки всё продолжали своё таинственное движение.

— Что ничего-то мы не значим… — промолвила, наконец, Даша и прибавила, — в этом мире. — И сделала вялый жест в сторону неба.

— Да? — не понял Артём.

— Мгу, — подтвердила девушка и поправила капюшон под головой.

Артём допил вино и тоже лёг на спину. Руки и ноги налились тяжестью. Он посмотрел на звёзды, и ему стало неуютно под их пронзительным взглядом. Оттого, что они видят, что Артём такой неловкий и не умеет выразить то, что у него на душе. Что свидание, кажется, закончилось не начавшись. И оттого, что он не знал, что нужно было ответить и как себя повести.

Он повернул голову и посмотрел на Дашу. Глаза её были закрыты. Девушка размеренно дышала и, казалось, спала. Артёму стало неудобно лежать, он встал и подошёл к парапету. Внизу вялый свет фонарей напоминал о зиме. Артём вдруг вспомнил, как Колян говорил ему, будто знает, что Артём нравится Алёне — девчонке из параллельного класса, которая, в отличие от Даши, ходила в компьютерный клуб играть в «Лигу легенд».

Алёна любила красить ногти в неоновый розовый. Потом лак стирался, и на ногтях оставались только яркие пятнышки посередине, как будто следы неоновой крови. Артём часто видел Алёну за игрой, когда её тонкие пальцы с частичками лака на ногтях напряжённо лежали на компьютерной мыши.

«Надо было пойти в клуб», — пробежала незваная мысль. Но ветер внизу зашелестел листвой, и Артём, отойдя от парапета, вернулся к башенке. Даша спала. Он постоял минуту, потом собрал бутылку и стаканы в рюкзак, ещё раз посмотрел на Дашу, повернулся и пошёл к люку.

На востоке короткая июньская ночь уже таяла от первых рассветных лучей. Артём спустился и сел на лавочку возле подъезда. Он был не в силах решить, куда ему идти или что теперь делать. Мимо шёл небритый мужчина в запачканной одежде, и Артём, не понимая толком, зачем, стрельнул у того сигарету. Закурил и закашлялся.

Так, он мучился, наблюдая, как вяло текут мысли, а солнце ещё из-за горизонта наполняет воздух теплом. Артём старался оправдаться перед собой за то, что стал насмешкой для Даши и для себя под этим глубоким июньским небом. А сверху между тем тёмный океан уже отступил, будто при отливе, обнажив нежный розовый берег. И через полчаса, когда стало почти совсем светло, из подъезда вышла Даша, сонно ухмыльнулась и сказала:


— Круто было, да?

Москва, июнь 2023 года